Расширение халифата, слияние фронтов и прямое противостояние великих держав.
В западной Сирии правительственные силы сосредоточены вокруг Дамаска, прибрежной полосы и основных транспортных коридоров; вооруженные оппозиционные группы удерживают северо-запад, курдские силы контролируют север и северо-восток, в то время как ИГИЛ доминирует на обширных территориях на востоке и во внутренних пустынях. В Ираке Багдад и южные населенные пункты остаются под контролем правительства, северные курдские районы удерживаются пешмерга, а обширные западные и северо-западные территории служат центром тяжести в войне между ИГИЛ и иракскими силами безопасности. Турция, Иордания, Иран, Израиль, Ливан, Египет и Саудовская Аравия испытывают на себе напряжение конфликта, либо напрямую, либо через проблемы пограничной безопасности и сети поддержки.
К 1 октября 2015 года война, сосредоточенная в Ираке и Сирии, приобрела настолько региональный масштаб, что её уже невозможно было рассматривать как отдельную гражданскую войну. ИГИЛ фактически контролировало обширную территорию вдоль оси Ирак-Сирия; в то время как сирийское правительство, вооруженные оппозиционные группы и курдские силы сражались на отдельных фронтах, правительство Ирака и Курдское автономное правительство удерживали свои собственные оборонительные линии. В то время как коалиция под руководством США продолжала свою воздушную кампанию, прямое военное вмешательство России в Сирии открыло новый международный фронт. На начальном этапе не существовало исхода, при котором какая-либо из сторон могла бы гарантировать окончательный политический или военный порядок в регионе.
Large-scale ground operations depend on sustainable supply lines; prolonged supply disruptions degrade mobility and combat capacity. Air campaigns require reliable target intelligence as well as access to bases and airspace; the operations of international forces are constrained by political coordination and available access. When border crossings, major river crossings, and key cities change hands, the pressure on the supply and mobility of neighboring cells increases. In besieged major cities, a strategy of gradual degradation is employed rather than seeking a swift resolution; unless the defensive line is broken, the city does not decisively change hands in the short term.